0

О работе Стюардессы из первых уст

Моя однокурсница совершенно неожиданно для всех подалась в стюардессы. Что интересного и не столь очевидного для пассажиров есть в работе этих прекрасных спокойных девушек? Об этом RB.ru рассказала стюардесса «Аэрофлота» Катя.

Я летаю уже год. Помню, стояла у стеклянной стены в аэропорту, провожала свою Любовь. Стояла и смотрела на большие, словно гигантские птицы, самолеты и думала: «А может пойти в стюардессы? Ведь это так романтично — носить красивую форму и летать в небе..». А потом собралась с духом и решила — пойду! Ходила на занятия два месяца, училась открывать дверь самолета и правильно заваривать кофе, останавливать кровотечение и подавать бокал шампанского. Училась не бояться высоты и улыбаться, а еще — быть доброй всегда, даже когда нет ни минутки, чтобы присесть и перевести дух. Это нужно приносить с собой на самолет, да и вообще никогда не выкладывать из сумки, как теперь я никогда не выкладываю красный фартук, платок или желтый жилет. Ведь на самом деле, это совсем несложно — хорошо относиться к людям, которые несколько часов летят рядом с тобой в самолете.

Как не бояться летать и полюбить рыбу

Многие пассажиры боятся летать. У нас на эти случаи есть в запасе несколько приемов. Первый — аптечка с разными успокоительными. Второй — куда более сложный и важный. Еще на земле стюардессы должны создать очень дружелюбную атмосферу. В первые несколько секунд пассажиры поймут, что ты из себя представляешь, можно ли на тебя давить, требовать лишний алкоголь, капризничать и так далее. Они должны себя чувствовать, как в гостях у очень радушных хозяев. Но все-таки должны понимать, что хозяева — это экипаж.

В обед случается, что, например, всю курицу съели, и осталась одна рыба. А все хотят курицу и ругаются на «Аэрофлот», что тот, дескать, не может нормальную еду организовать. В этом случае мы пользуемся отличным способом: когда запасы курицы уже начинают заканчиваться, ты просто говоришь, что именно сегодня мы предлагаем эксклюзивную рыбу от шеф-повара — на «ура» все съедается!

Самолетные кошмары

Читаем продолжение. Очень интересно

_____________________________________________________________________________________________________________________________

 

Пьяные пассажиры — это та еще песня! В принципе, мы с ними обходимся довольно лояльно — сначала делаем несколько предупреждений. Ну, а если не помогает — сдаем в полицию сразу по приземлении: дебошира ждут уже в аэропорту. Можем иногда и парашютом припугнуть :-)

Недавно была история. Я работала в бизнес-классе, и один из пассажиров — какой-то довольно влиятельный человек — еще до начала рейса где-то то ли напился, то ли накурился. Сначала он вел себя прилично, а потом вдруг распоясался — дело чуть до драки не дошло. Все пассажиры возмущаются, соседи просят отнять у него все острые предметы. В общем, мы его кое-как усадили, но сам факт зафиксировали — среди свидетелей даже сотрудники Госдумы были. Когда мы приземлились, этого мужчину забрала полиция. Как он потом раскаивался и извинялся! Но в основном, такие конфликты решаются довольно тихо — особенно, если коллектив опытный.

Как видите, экстрима в работе достаточно. А недавно, например, был сильный дождь, и в крыло самолета попала молния. Нас стало очень сильно трясти! Я сидела лицом к пассажирам — они все на меня в ужасе смотрят: «Девушка, что это было?!». Я их пытаюсь успокоить, рассказываю, что самолет оборудован специальной защитой, что все в безопасности и паниковать не стоит… Но, конечно, сама переживала!

Как личный вклад влияет на зарплату

Зарплаты в «Аэрофлоте» неплохие — от 40 до 90 тысяч. Складываются они из многих факторов, которые в совокупности называются «личным вкладом»: если на тебя нет жалоб, зато есть благодарности, если у тебя английский на пятерки-четверки (мы регулярно сдаем экзамены) — за все это даются надбавки. Ну и, конечно, учитывается, сколько ты налетал часов. Чем больше твой «личный вклад», тем быстрее тебя переводят на большие самолеты — тогда ты будешь летать не «развороты» (короткие рейсы туда-обратно), а длинные «эстафеты», когда платят и суточные, и командировочные, и на экскурсию по городу времени хватает. Еще развилка карьеры — тебя могут сделать старшей бортпроводницей или инструктором.

Норма налета за месяц — 80 часов. Можно и больше, но так как это противоречит закону об охране труда, ответственность за тебя в эти лишние часы никто не несет — даже специальные документы по этому случаю подписываются. Каждые полгода мы проходим медкомиссию, каждый год — экзамен по английскому, сервису и — тренажеры. На них мы отрабатываем аварийно-спасательные работы.

Кроме страховки в качестве соцпакета нам предлагают какие-то особенные пенсионные отчисления (не могу назвать конкретнее), льготные авиабилеты для ближайших родственников и невероятные скидки для самих сотрудников — например, недавно я слетала в Германию за 3000 рублей (против обычных 15 000). Плюс — бесплатные санатории, детские сады-пионерлагеря, дома отдыха… А больше всего в нашей работе мне нравится отпуск — 72-74 дня!

Дружить с коллегами не получится

Выходные у нас плавающие. Два раза в неделю мы отзваниваемся, узнаем наряд — расписание, когда кто летит. Летаем почти каждый день. Иногда можно получить пару выходных — это максимум. Остальные выходные надо заказывать.

Сложившихся коллективов у нас нет — каждый раз экипаж набирают новый. Это делается для того, чтобы мы не расслаблялись, не болтали друг с другом — в общем, держали марку. Хотя супружеские пары всегда работают вместе.

У бортпроводниц «Аэрофлота» строгий дресс-код. У нас есть форма — красная и синяя. Под красную нужно надевать светлые колготки, под синюю — темные. И ни в коем случае не наоборот! Обязательно нужно носить бейджик и платочек. Никаких больших сережек, бриллиантов, пафосных часов и прочего. По части причесок — стрижка или конский хвост.

Разумеется, я слышала, что постоянными полетами можно испортить здоровье. Правда, на себе я пока этого не ощутила. Спустя год работы однозначно могу подтвердить только то, что действительно очень сильно отекают ноги. Из примеров коллег знаю, что самое тяжелое — летать на 330-х «Аэробусах». Это большие самолеты, а чем они больше, тем сильнее перегрузки при взлетах: здесь борт почти вертикально поднимается. И, кроме того, они набирают бОльшую высоту. У некоторых даже кровь из носа идет. Самое тяжелое в работе — несколько часов подряд работать на каблуках. Отдохнуть времени нет, постоянная суета… И еще болят глаза — воздух в самолете очень сухой.

Кастинг у Савельева

Я стала инструктором спустя всего три месяца после начала карьеры. Недавно у нас открылось «4-е отделение»: господин Савельев (гендиректор «Аэрофлота», — ред.) набирал персонал для элитных рейсов. Всего в этих «смотринах» участвовало почти три с половиной тысячи бортпроводниц — отбирали самых красивых и с хорошим знанием английского. Приятно было попасть в скромный список прошедших отбор! Так что буду теперь летать с депутатами и олигархами!

За прошедший год я посмотрела довольно много, но больше всего впечатлили ОАЭ — когда мы прилетели в Дубаи. У нас были целые сутки между рейсами — мы и на пляже повалялись, и по городским торговым центрам погуляли! А еще у меня был огромный и очень красивый номер! И кормили шикарно! Вот такие бонусы имеют бортпроводницы!

Сейчас уже точно не смогу работать в офисе. У меня совсем другой ритм сейчас. Я привыкла работать ночью, а с 9 до 6 — это каторга! Мой график, обстановка, общение — все это мне очень близко! Появляются коммуникативные навыки, я учусь компромиссу. Еще мне нравится, что я заканчиваю работать, как только закончился рейс. У меня нет никаких отчетов, которые тянутся месяцами, нет долгоиграющих обязанностей. Я принадлежу сама себе: сделала свою часть работы — свободна. Хотя есть и минусы — личной жизни такие перегрузки немножко все же вредят. Любимый и ревнует, и волнуется, но, что приятно — мою любовь к небу понимает.

 

Написать коммент

 

Your email address will not be published.

сорок один + = сорок пять